М. А. Шолохова «Разработка методики оперативного прогнозирования психических состояний водителей с использованием айтрекера»



страница1/5
Дата14.02.2016
Размер2,86 Mb.
ТипРеферат
  1   2   3   4   5
МОСКОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ГУМАНИТАРНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ имени М.А. ШОЛОХОВА

ОТЧЁТ

о выполнении научно-исследовательской работы

по гранту МГГУ им. М.А. Шолохова

«Разработка методики оперативного прогнозирования психических состояний водителей с использованием айтрекера»


Исполнитель:

к.пс н., доцент

Ермолаев В.В.


Москва


2014

СОДЕРЖАНИЕ

Введение……………………………………………………………………3



Глава 1. Отечественные и зарубежные теоретические подходы к изучению психических состояний водителей автомобильного транспорта………………………………………………………………………10

1.1. Дефиниция понятия «психическое состояние» и их классификации…..............................................................................................10

1.2. Методы исследования психических состояний……………………36

1.3. Анализ традиционных и современных исследований психических состояний водителей……………………………………………………………42

1.4. Проблемы исследования и прогнозирования психических состояний водителей……………………………………………………………63

1.5. Методы и особенности инструментальной диагностики психических состояний водителей……………………………………………67



Глава 2. Разработка методики оперативного прогнозирования психических состояний водителей с использованием айтрекера……………………………………………………………………….83

2.1. Цели и программа эмпирического исследования………………..83

2.2. Обработка и интерпретация результатов исследования психических состояний водителей с использованием айтрекера………………………….93

2.3. Методика оперативного прогнозирования психических состояний водителей с использованием айтрекера……………………………………..104

Заключение………………………………………………………………113

Список литературы……………………………………………………...117

Приложения……………………………………………………………...127

Введение

В настоящее время безопасность дорожного движения – одно из направлений государственной политики, так как количество погибших в результате ДТП пока только растет. По статистическим прогнозам к 2013 году этот показатель не должен был превысить 12,6% смертей на 100 000 населения. Однако только за девять месяцев 2013 года он уже перерос за 13,3%. Причем от 20 до 55% случаев смерти от травм, несовместимых с жизнью в результате дорожно-транспортных происшествий, регистрируются на месте аварий. Все чаще органы власти заявляют, что важнейшей межведомственной задачей должна стать мотивация к ответственному поведению за рулем. Причем отмечают, что достигать ее надо не только репрессивными методами, но и формированием психологических установок и поведенческих моделей с помощью современных методов когнитивной медицины и психологии [7].

На протяжении предыдущего столетия высокую аварийность психологи обосновывали неудовлетворительными психофизиологическими показателями водителей. В настоящее время растет количество зарубежных исследований выявляющих причины агрессивности водителей на дорогах и касающихся таких параметров как процесс восприятия водителем транспортной ситуации, механизмы распределения его внимания в разных условиях, его отношение к другим участникам дорожного движения, специфика взаимодействия с правоохранительными органами, половозрастные и национальные особенности реагирования на различные внешние стимулы (рекламу, пешеходов, других водителей) [31]. Следовательно, уже имеется научное подтверждение того, что причины высокой аварийности следует искать не только в неудовлетворительных психофизиологических показателях, а скорее, в состояниях, их формирующих. Сейчас уже не вызывает сомнений тот факт, что психическое состояние водителей, является основополагающим фактором безопасности на дорогах. Причем не отдельно взятые его компоненты, такие как концентрация внимания или утомление, а все составляющие психического состояния в их взаимосвязи и взаимодействии. Однако вопрос прогнозирования психических состояний водителей до сих пор остается открытым.

Таким образом, актуальность исследования продиктована необходимостью дополнения теоретических построений, относящихся к изучаемому явлению, потребностью в новых фактах, которые позволят расширить теорию и сферу ее применения, а также разработке новых оперативных методов исследования и прогнозирования психических состояний водителей.

Цель данного исследования состоит в разработке методики оперативного прогнозирования психических состояний водителей с использованием айтрекера.

Объектом исследования являются водители. Предметом исследования выступают психические состояния водителей.

В качестве гипотезы исследования выступает предположение о том, что, метод диагностики движения глаз (айтрекинг) позволяет оперативно прогнозировать психические состояния водителей, а именно: оперативное прогнозирование психического состояния водителей возможно на основе фиксации системы зрительных репрезентаций полимодального образа.

Основанием для выдвижения гипотезы послужили предположения о том, что уровень психической активности сознания позволяет делать выводы о наличии/отсутствии благоприятных/неблагоприятных психических состояний для безаварийного управления автотранспортом; наличие определенных аффективных и волевых психических состояний и их вес в системе актуальных психических состояний позволяет прогнозировать уровень психической активности сознания. Аффективные и волевые состояния можно прогнозировать на основе фиксации системы зрительных репрезентаций полимодального образа. Следовательно, выбор человеком определенных образов - репрезентаций, то есть символов, знаков, позволяет сделать прогноз уровня его психической активности.

Для достижения поставленной цели и проверки выдвинутой гипотезы в нашем исследовании решались следующие задачи:

1) дать определение понятия «психическое состояние», ознакомиться с основными классификациями психических состояний;

2) рассмотреть методы исследования психических состояний;

3) проанализировать традиционные и современные исследования психических состояний водителей;

4) выявить проблемы исследования и прогнозирования психических состояний водителей;

5) обозначить методы и особенности инструментальной диагностики психических состояний водителей;

6) разработать инструментарий, необходимый для составления методики оперативного прогнозирования психических состояний водителей с использованием айтрекера;

7) провести пилотажное исследование, по разработанной методике оперативного прогнозирования психических состояний водителей с использованием айтрекера, и, сравнить полученные результаты с данными уже зарекомендовавших себя методик;

8) провести эмпирическое исследование по разработанной методике оперативного прогнозирования психических состояний водителей с использованием айтрекера, и, сравнить полученные результаты с данными уже зарекомендовавших себя методик;

9) обработать полученные эмпирическим путем данные, проанализировать их, сформулировать вывод и практические рекомендации психологам по применению разработанной методики оперативного прогнозирования психических состояний водителей с использованием айтрекера.

Методологической основой исследования выступали принципы детерминизма, системности, единства сознания и деятельности.

Принцип детерминизма рассматривался в научной работе в форме причинности как совокупности обстоятельств, предшествующих во времени формированию психического состояния. На формирование психического состояния оказывают влияние многие факторы, в том числе психические свойства и психические процессы, окружающая обстановка. Состояние определяется внешними и внутренними условиями и преобразуется с их изменением, следовательно, состояние необходимо рассматривать как следствие этих факторов.

Принцип системности применялся в научной работе для изучения психических состояний в их связи с присущими человеку психическими свойствами, протекающими психическими процессами и уровнем психической активности сознания.

Принцип единства сознания и деятельности использовался как обоснование факторов активности человека его сознанием, то есть деятельность обусловлена сознанием, сознание же в свою очередь проявляется в деятельности.

Теоретическую основу исследования составили теоретические положения по проблеме психических состояний (Аристотель, Джемс В., Рибо, Ушнский К.Д., Ланге Н.Н., Лазурский А.Ф., Рубинштейн С.Л., Левитов Н.Д., Сосновикова Ю.Е., Ганзен В.А., Юрченко В.Н., Маклаков А.Г., Ильин Е.П., Мясищев В.Н., Панов В.И., Прохоров А.О., Куликов Л.В., Леонова А.Б., С.Г. Геллерштейн, В.П. Зинченко, К.К. Платонов, Г.Г. Голубев, Ф.Е. Василюк, С.С. Шипшин), исследования психических состояний водителей, разработанные в трудах Г. Мюнстенберга, К. Трамма, В. Андерсена, О. Зельц, М. Гринвуд, Х. Вудс, Ж.Ж. Ляма, С.М. Василевского, Л. Бурлюка, С.Г. Геллерштейн, Ф.Н. Браиловского, П.В. Венециана Г.М. Левигурович, В.Н. Арбузова, В.Н. Ланина, К.В. Старкова, К. Марбе, У. Бингем, П. Риппон, А. Анастази, Т.А. Полянова, В.С. Мерлин, Е. Миттенекер, Д. Клебельсберга, Д.Ф. Горбова, Е.А. Деревянко, В.Д. Небылицина, К.К. Платонова, Е.А. Милеряна, М.А. Котика, А.М. Емельянова, К.М. Гуревича, Л.Л. Афанасьева, Н.А. Игнатова, Ю. Бровера, В.Н. Пушкина, Л.Н. Нирсесян, Н.А. Игнатова, В.М. Мишурина, А.Н. Романова, Р.В. Ротенберг, А.И. Вайсман, В.И. Конопляленко, Р. Беган, А. Хиршфельд, Т. Томашевского, Х. Бра-Гера, Д. Шинар, Л. Глендон, Р. Дорн, исследования возможностей айтекера (А.Л. Ярбус, В.А. Барабанщиков, Ю.Б. Гиппенрейтер, А.С. Огнев, О.Г. Венерина, В.А. Яковлев).

В научной работе использовался следующий комплекс методов.

1. Методы сбора теоретической информации: анализ, синтез, обобщение и систематизация имеющихся в психологической литературе научных представлений по теме исследования.

2. Методы сбора эмпирической информации: метод стандартизированного самоотчета, тестовый метод, проективный метод, метод инструментальной диагностики – айтрекинг.

3. Методы обработки результатов исследования: качественный и количественный, в том числе, статистический анализ эмпирических данных.

Базой эмпирического исследования являлся Факультет управления человеческими ресурсами МГГУ им. Шолохова. Объектом исследования выступали 64 водителя мужского и женского пола, которые, на момент участия в исследовании, имели стаж вождения не менее 1 года. Общий объём выборки составил 64 человека в возрасте от 18 до 50 лет.

Научная новизна проведенного исследования заключается в том, что была разработана методика оперативного прогнозирования психических состояний водителей.

Теоретическая значимость исследования. В научной работе мы систематизировали имеющиеся научные наработки в области теоретического и эмпирического анализа психических состояний водителей, рассмотрели как развивались представления о психических состояниях водителей обозначили существующие на сегодняшний момент точки зрения на данную проблему в психологии. Разработали методику оперативного прогнозирования психических состояний водителей.

Практическая значимость данного исследования заключается в том, что полученные результаты могут быть использованы психологами, а также для проведения диагностической работы в автошколах и на автотранспортных предприятиях.

Научное исследование было проведено в период с декабря 2013 по май 2014 гг. и включало в себя три этапа.

Первый этап (декабрь 2013 – февраль 2014 г.): изучение и анализ психологической литературы по проблеме исследования, уточнение категориального аппарата, выдвижение гипотезы, разработка программы эмпирического исследования, а именно:

- рассмотрение определения понятия «психическое состояние» и основных классификаций психических состояний;

- изучение методов исследования психических состояний;

- анализ традиционных и современных исследований психических состояний водителей;

- выявление проблемы исследования и прогнозирования психических состояний водителей;

- обозначение методов и особенностей инструментальной диагностики психических состояний водителей.

По результатам теоретического анализа опубликованы тезисы доклада «К проблеме профессионально-психологического отбора водителей пассажирского транспорта» (0,3 п.л.) в сборнике материалов конференции «Инновационная наука в глобализующемся мире: материалы Международной научно-практической конференции» (Уфа, 5-6 марта 2014 г.), подготовлены и приняты к печати две статьи в «Вестник МГГУ им. М.А. Шолохова»: «К вопросу о критериях профессионально-психологического отбора водителей» (0,8 п.л.) и «Применение метода айтрекинга для оценки психических состояний водителей».

Второй этап (февраль – март 2014 г.): уточнение теоретических аспектов исследования и его гипотезы, разработка инструментария для айтрекинга и формирование выборки, проведение программы эмпирического исследования.

В январе 2014 года разработка инструментария и составление стимульного материала №1 для проведения исследования на айтрекере и подбор бланковых (тестовых и проективных) методик для сопоставления результатов. Проведение пилотажного исследования по стимульному материалу №1. По результатам пилотажного исследования, по необходимости, внесение изменений и разработка стимульного материала №2.

Третий этап (апрель – май 2014 гг.): обработка и анализ полученных результатов, формулирование выводов и психологических рекомендаций, целостное оформление методики.

В феврале - апреле 2014 года проведение процедуры исследования водителей со стажем вождения от года. База эмпирического исследования – Московский Государственный Гуманитарный Университет им. М.А. Шолохова.

Структура научной работы. Работа состоит из введения, двух глав, заключения, списка литературы, содержащего 101 наименование, и 33 приложений.


Глава 1. Отечественные и зарубежные теоретические подходы к изучению психических состояний водителей автомобильного транспорта

    1. Дефиниция понятия «психическое состояние» и их классификации

В психологии термин «психические состояния» как отдельная категория был выделен сравнительно недавно. Тем не менее, изучение психических состояний имеет продолжительную историю.

Еще Аристотель в своем трактате «О душе» говорил о психических состояниях. Он писал об обозрении и познании природы и сущности души, а затем всего, что в ней происходит, что душе свойственны особые состояния, органически связанные с природной материей живых существ. «Из всего этого (происходящего в душе) одну часть, как известно, составляют особые состояния, свойственные душе, другие свойства присущи благодаря душе даже живым существам» [2, c. 3]. Далее Аристотель отвечает на свой же собственный вопрос: присущи ли психические состояния только душе или также её носителю (телу)? «Состояния души некоторым образом неотделимы от природной материи живых существ, и притом неотделимы в том смысле, в каком [можно считать неотделимыми] смелость и страх, а не в том смысле [в каком можно говорить о неотделимости материи] точки или поверхности» [2, c. 8].

Важен тезис Аристотеля о неразрывности связи психических состояний переживающим их человеком: «Размышлять, любить, или ненавидеть – всё это нельзя [называть] состоянием мыслящей способности, но того существа, которое обладает этой способностью, поскольку существо её имеет» [47, c. 46].

Особую точку зрения в отношении психических состояний занимает В. Джемс. Он, вслед за Лэддом, определяет психологию как науку о состоянии сознания. Подчеркивая личностный и целостный характер психических процессов, Джемс заменяет термин «процесс» термином «состояние», выделяя при этом их существенные стороны: личностный характер, изменчивость, непрерывность, избирательность. Раскрывая непрерывную изменчивость потока сознания, Джемс приводит ряд примеров, показывающих, что процессы сознания зависят от общего состояния сознания, вызываемого определенными внешними причинами, причем в качестве синонима термина «состояние» Джемс применяет термин «настроение». Раскрывая непрерывную последовательность психических процессов, Джемс ввел термин «психический обертон», то есть тот фон, которым окрашивается основное содержание психики. В заключительной главе своей «Психологии» Джемс категорически утверждает, что психическое состояние отличается цельностью: «Мы все время принимаем душевное состояние человека во всей целости за элементарный психический факт». Соотношение между состояниями сознания, с одной стороны, и психическими процессами и качествами личности – с другой, у Джемса очень неясно. Имеет значение его тенденция всякий психический процесс рассматривать на фоне общего состояния психики [27].

Т. Рибо, говоря о воле, в каждом ее акте, усматривает «состояние сознания – я хочу», которое показывает перемену, но очень на эту перемену не влияет». Т. Рибо приходит к различию трех состояний ослабления воли: при недостатке возбуждения, при избытке импульса и при ослаблении произвольного внимания. Всякого рода эксцентризм в воле, то, что Т. Рибо называет «царством причуд» и «уничтожением воли», он рассматривает как особые состояния сознания. Он подчеркивает роль аффективных состояний в непроизвольном и произвольном внимании и само внимание называет «исключительным, ненормальным состоянием», которое противоречит постоянной изменчивости психики. Конечно, внимание относится к чему-то исключительному и даже ненормальному в психике, но, безусловно, ценно то, что Т. Рибо склонен считать внимание психическим состоянием, и не сводит его к психическому процессу [75].

Рассмотрим воззрения отечественных психологов.

К.Д. Ушинский в книге «Человек как предмет воспитания» различает чувствования чувственные состояния души (чувствования, сочетаемые с отдельными представлениями или со сложными комплексами представлений). Когда в одном сочетании представлений открывается множество чувствований, например по отношению к одному и тому же человеку, возникают смешанные чувственные состояния. К.Д. Ушинский посвящает специальную главу переходу чувствований в чувственные состояния души (термин «чувственный» у него равнозначен термину «эмоциональный»). По его мнению, чувственные состояния возникают, если сохраняются следы чувственных представлений или аффективных образов. Напряженность такого чувственного душевного состояния находится в зависимости от большей или меньшей напряженности чувствований, которыми проникнуто то или другое сочетание представлений, а обширность чувственного состояния и его продолжительность и постоянство стоят в зависимости от обширности самих сочетаний представлений, проникнутых теми или другими чувствованиями. «Постоянные и прочные страсти связаны с громадным сочетанием представлений» [84, c. 164]. Чувственное состояние при повторении ослабляется, если оно связано с одними и теми же представлениями, и усиливается, если оно сочетается с разными представлениями об одном и том же предмете. Так как переход от чувствования к чувственному состоянию заключается, прежде всего, в расширении связанных с чувствами представлений, то получается, что при повторении чувствование ослабляется, а чувственные состояния усиливаются. Важно, что Ушинский разграничивал однородные, элементарные чувствования и сложные психические состояния. Он не пользовался термином «психическое состояние» систематически и не установил четкой границы между психическими состояниями и психическими процессами. Но у него наметилось понимание психического состояния как сложного психического образования, захватывающего на определенное время разные процессы душевной жизни [47].



Н.Н. Ланге в своих «Психологических исследованиях» называет состояниями эмоции, влечения, аффекты и волевые акты, «те психические явления, которых элементы обусловлены физиологическим возбуждением не высших органов чувств, а внутренних органов тела, как-то: мускулов, сочленений, сухожилий, кровеносных сосудов органов внутренних полостей». Но далее он, видимо, расширяет область психических состояний, когда говорит, что с помощью внушения можно «вводить в сознание загипнотизированного субъекта любые психические состояния, другие из него удалять» [45]. Гипноз Ланге определял как психическое состояние, противоположное нормальному состоянию. Интересным у него является введение понятия «состояние» при анализе перцепции, которая у него фактически совпадает с ощущением. Процесс перцепции, в широком смысле слова, состоит в быстрой смене все более и более частных дифференцированных психических состояний [45], то есть каждая последующая ступень в перцепции представляет психическое состояние более конкретного, менее общего характера по сравнению с предшествующим.

А.Ф. Лазурский эпизодически употреблял термин психическое состояние для временной и целостной характеристики психики, хотя не выделял его в качестве особой психологической категории. Так, он, цитируя Джемса, вместе с ним называет рассеянность психическим состоянием; кроме того, говорит о психическом состоянии сосредоточения внимания. При анализе чувств Лазурский, описывая их как психические состояния, редко пользуется этим термином. Он говорит о состоянии апатии или спокойного равнодушия [44], в которое впадает человек, не отличающийся «обилием чувствований», после прекращения данной эмоции. В его работах упоминается состояние сильнейшего возбуждения чувств, находясь в котором, некоторые люди умеют сохранять наблюдательность и объективность в своих суждениях. Даже говоря об утомлении, о решительности или нерешительности Лазурский не пользовался термином «состояние». Однако описывая проявления наклонностей и особенно то, что Лазурский называет «связями и отношениями», он часто давал характеристики именно психических состояний, а не отдельных психических процессов. В книге «Очерк учения о характерах», ставя дифференциально психологические задачи и оперируя в качестве основного понятием «наклонность», считая ее стабильной чертой характера, все же не мог избежать упоминания такого рода психических явлений, которые не являются чертами характера. «Ничтожное обстоятельство, перемена обстановки, иногда сразу меняет все поведение человека, иной застенчивый субъект, будучи живым, веселым и интересным собеседником в кругу своих близких друзей, делается угрюмым, резким и нелюдимым в незнакомом или несимпатичном ему обществе; иногда достаточно одного неосторожного намека, чтобы вызвать в нем эту перемену» [44, c. 51]. Лазурский интерпретирует подобные случаи как временные изменения характера. Но изменение характера не может происходить так быстро и так часто, поэтому речь должна идти скорее о нетипичных для человека временных состояниях. Исследователь, признавая устойчивость характера, вместе с тем говорит о его возможных изменениях под влиянием одной из трех причин: а) временное бездействие наклонности; б) утомление; в) изменение внутренних и внешних возбудителей. Им делается общий вывод: «Следует строго отличать отдельные проявления характера, постоянно меняющиеся вместе с переменой окружающих условий, от той схемы характера данного человека, которая является результатом более или менее продолжительного наблюдения и переработки собранного материала» [44, c. 55]. Приверженность к схематизму в понимании характера помешала Лазурскому разделять постоянно меняющиеся вместе с переменой окружающих условий психические состояния человека, как и внешние формы его поведения, на характерологически показательные и непоказательные. «Даже самых вялых, апатичных людей можно, что называется, расшевелить, сообщивши им внезапно какое-нибудь ужасное, потрясающее известие» [44, c. 325]. Такого рода факты надо, по нашему мнению, истолковать как такие, при которых человек под воздействием внешних условий находится в психическом состоянии, противоположном тому, какое следовало бы ожидать, исходя из схемы его характера [47].

С.Л. Рубинштейн в своей книге «Основы общей психологии» словно преднамеренно избегает этого термина, резко различая психические процессы и свойства личности, и считает, что переживания и действия человека всегда выражают его личность. Лишь в главе об эмоциях Рубинштейн употребляет слово «состояние», не придавая значения этому термину. Так, аффекты он называет и процессами, и состояниями [47]. Он подчеркивает, что психическое состояние «не детерминирует, а лишь регулирует детерминируемую иными моментами деятельность человека; делает индивида более или менее чувствительным к тем или иным побуждениям, создает как бы систему шлюзов, которые в эмоциональных состояниях устанавливаются на ту или иную высоту; приспособляя, адаптируя и рецепторные, вообще познавательные, и моторные, действенные, волевые функции, обуславливает тонус, темпы деятельности, ее настроенность» [77, c. 118].

В учебнике для педагогических институтов под редакцией А.А. Смирнова и других термин «состояние» употребляется в параграфе «Настроения, аффекты, страсть», причем только в отношении настроений [49].

П.И. Иванов в своем учебнике более последовательно видами эмоциональных состояний называет настроения, страсти, воодушевление и аффекты [49].

Таким образом, и зарубежные и отечественные исследователи до двадцатого века не выделяли психические состояния в отдельную категорию. Однако были сделаны важные шаги к пониманию сущности психических состояний: о неразрывности связи между состоянием и переживающим его человеком, о связи психических состояний и психических процессов, внимание – это состояние, психическое состояние – это сложное психическое образование, захватывающее на определенное время разные процессы душевной жизни.

Психические состояния «это относительно устойчивое конкретное взаимоотношение всех компонентов психики, имеющее определенную напряженность и выражающее степень уравновешивания человека с окружающей средой в данный период времени» по мнению Ю.Е. Сосновиковой [81]. Она указывала на ситуативность состояний: «Психические состояния всегда ситуативны. Они, прежде всего, реакция на настоящую, существующую в данный момент, «теперь», «сейчас», обстановку» [83, c.47]. Ю.Е. Сосновикова подчеркивает самостоятельность психических состояний как одного из компонентов психики, психологической категории. Вместе с тем отмечает сложность, противоречивость, диалектичность данной категории [83, c.47].

В.А. Ганзен отметил, что актуальное психическое состояние характеризуется совокупностью значений параметров одновременно протекающих психических процессов, по отношению к которым актуальное состояние является фоном. По его мнению, актуальное психическое состояние играет роль связующего звена между психическими процессами и свойствами личности [20; 66].

Два вышесказанных определения созвучны с определением Н.Д. Левитова психическое состояние – это целостная характеристика психической деятельности за определенный период времени, показывающая своеобразие протекания психических процессов в зависимости от отражаемых предметов и явлений действительности, предшествующего состояния и психических свойств личности [47, c. 56]. Всякое психическое состояние есть нечто целостное, оно, на некоторое время характеризует психическую деятельность, а характеристика всегда подчеркивает своеобразные и типические черты. Например, состояние утомления достаточно своеобразно и типично, чтобы отличить его от противоположного состояния бодрости и работоспособности. Своеобразие психического состояния, прежде всего, означает своеобразие протекания психических процессов. Вне психических процессов нет и не может быть никаких психических состояний. Как и психические процессы, психические состояния имеют начало и конец, изменяются. Но психическое состояние отличается большей целостностью и устойчивостью. Психический процесс может перейти в психическое состояние; например, процесс восприятия художественной картины может перейти в довольно сложное психическое состояние под впечатлением от этой картины. Психические состояния тесно связаны с индивидуальными особенностями личности. Психические состояния и индивидуальные особенности дают индивидуальную и синтетическую характеристику психической деятельности, а не просто характеристику ее отдельных элементов, функций или сторон. Так, мы говорим о решительности или нерешительности, об активности или пассивности, о бодрости или подавленности и как о временных состояниях, и как об устойчивых чертах личности. Всякое психическое состояние является как переживанием, так и деятельностью, имеющей некоторое внешнее проявление [46].

Совсем иное толкование мы находим у В.Н. Мясищева. «Под состоянием, – пишет он, – мы понимаем общий функциональный уровень, на фоне которого развивается процесс» [69, c. 112]. То, что психическое состояние – фон, на котором происходят психические процессы, не вызывает сомнений, но определение его как функционального уровня трудно признать удачным. В отношении психических состояний понятие «уровень» не только обедняет данную категорию, но и отвлекает от основного направления в его рассмотрении как своего рода тембра психической жизни. Нельзя же, например, настроения классифицировать по уровню. Вызывает также сомнение то, что В. Н. Мясищев ставит в один ряд с состояниями и отношения, в какой-то мере их противопоставляя. Под отношениями Мясищев понимает целостную «систему индивидуальных избирательных связей личности с различными сторонами объективной действительности» [69, c. 111]. Устанавливая связи отношений с процессами и свойствами личности, Мясищев не сделал попытки установить взаимосвязь между отношениями и состояниями. Однако он счел нужным выделить психическое состояние как особую психологическую категорию и указал на важность изучения психических состояний для понимания психики как в норме, так и в патологии [47].

По мнению А.Г. Маклакова, понятие «состояние» как общенаучной категории применительно к человеческому организму означает совокупность происходящих в нем процессов, а также степень развития и целостности структур организма [60].

Отличный взгляд мы находим у Е.П. Ильина, который считает, что психические состояния «это целостная реакция личности на внешние и внутренние стимулы, направленные на достижение полученного результата»[60, 78, 35].

А. Б. Леонова рассматривает психические состояния как отражение того наличного потенциала внутренних ресурсов человека, который актуализируется или доступен для актуализации в процессе выполнения работы в текущей ситуации [17, 18].

Платонов К.К., Голубев Г.Г. определяют психическое состояние как сложное и многообразное, достаточно стойкое, но сменяющееся психическое явление, повышающее или понижающее жизнедеятельность в сложившейся ситуации [82, c. 143].

Ф.Е. Василюк рассматривает психическое состояние, как причину процесса переживания – особого, субъективного отражения, причем отражения не окружающего предметного мира самого по себе, а мира, взятого в отношении к субъекту, с точки зрения предоставляемых им (миром) возможностей удовлетворения актуальных мотивов и потребностей субъекта [13, c. 10].

Панов В.И., рассматривая психическое состояние как объект и предмет психологического исследования, склоняется к определению, данному Н.Д. Левитовым – психическое явление, занимающее по своим процессуальным параметрам промежуточное место между психическими процессами и свойствами личности [59, c. 28]. Психические процессы как бы выражают динамические (изменяющиеся) свойства психического в человеке, а свойства личности, напротив, – стабильные (устойчивые) во времени психические образования. Данная поляризация имеет условный характер, так как психические состояния тоже обладают определенной процессуальной динамикой, и «по вертикали» (степень интенсивности), и «по горизонтали» (качественное изменение) [59, c. 28]. Такой способ определения позволяет наглядно обозначить специфику психического состояния в качестве объекта психологического исследования в ряду других психических явлений. Психические состояния отличает от психических процессов интегрированность психических процессов разной модальности и различных уровней (психосоматических, познавательных, эмоциональных, поведенческих) в функционально единую систему, обеспечивающую адекватность действий индивида в определенной ситуации. Изменение компонентов ситуации (внешнесредовых и личностно-смысловых условий), приводит к изменению психического состояния. Психические состояния в качестве накопленного и обобщенного ранее опыта опосредуют осуществление психических процессов в знакомых ситуациях и позволяют адаптироваться к восприятию и действию в незнакомой, непривычной ситуации. Они выступают своеобразным процессуальным фоном. Такую же роль по отношению к психическим состояниям выполняют личностные свойства индивида [65].

Далее, согласно определению понятие «отражение», осуществляемое в форме психического состояния, имеет интегрированный характер. Термин «интегрированное» в этом определении не раскрывается, и потому его можно интерпретировать по-разному. Во-первых, в том смысле, что отражению подлежит не только внешняя, но и внутренняя стимуляция, то есть как замена (удвоение) отношения «воздействие – образ» на отношение «внешнее воздействие – образ – внутреннее воздействие».

Во-вторых, согласно определению психическое состояние «так или иначе характеризует психику человека, определяет своеобразие психических процессов. Восприятие, например, художественной картины сопровождается определенным эстетическим психическим состоянием, которое может перейти в новое состояние под впечатлением от этой картины уже после ее восприятия. Психические состояния тесно связаны и индивидуальными особенностями личности» [59, c. 28-32]. Иначе говоря, психическое состояние как форма психического отражения интегрирует (объединяет в целое) разномодальные и разноуровневые процессуальные компоненты психического отражения: перцептивный, эмоциональный и личностный.

В-третьих, поскольку психическое состояние «определяет своеобразие психических процессов» или, то по отношению к психическим процессам оно выступает своеобразным фоном, на котором они происходят. И в то же время психическое состояние оказывается тесно связанным с индивидуальными особенностями личности. Следовательно, его интегрированный характер можно интерпретировать как проявление функции опосредования психических процессов, с одной стороны, и личностных свойств индивида – с другой [59].

Вслед за Пановым В.И. в нашей работе мы будем опираться на определение «психических состояний» Н.Д. Левитова, так как, по нашему мнению, оно содержит все необходимые и достаточные характеристики изучаемого явления. В подтверждение этому и последующие исследователи опирались именно на его точку зрения относительно данной категории. Например, А.О. Прохоров после системного и категориального анализа дал следующее определение: «Психическое состояние – это «отражение личностью ситуации в виде устойчивого целостного синдрома (совокупности) в динамике психической деятельности, выражающегося в единстве поведения и переживания в континууме времени» [66]. Определение, по мнению исследователя, содержит как необходимые признаки (целостность, ситуативность, устойчивость во времени, единство переживания и поведения, связь с личностными особенностями и психическими процессами), так и системные: субстративный (представлен в понятии целостность состояния), информационный – в субъектном отражении личностью ситуации, временный – в длительности психического состояния в континууме времени, пространственный – в представлении о психическом состоянии как синдроме (совокупности), характеризующийся определенной организованностью, энергетический – устойчивости единства переживания и поведения) [65].

Первая известная попытка классификации психических состояний представлена Н.Д. Левитовым. В ее основе лежит подразделение состояний по аналогии с классификацией психических процессов. Он выделяет психические состояния, которые характерны для умственной деятельности, эмоциональные, волевые, характерологические и психические состояния, возникающие в труде [46]. Исследователь выделил следующие классы психических состояний: состояния личностные и ситуативные; состояния более глубокие и более поверхностные, в зависимости от силы их влияния на переживания и поведение человека; состояния, положительно или отрицательно действующие на человека; состояния продолжительные и краткие; состояния более или менее осознанные. Данная классификация достаточно объемна, в ней выделены основные характеристики состояний, отражающие степень осознания, их знак (положительные или отрицательные) длительность, но при этом, недостатком ее является отсутствие четкого разграничения между состояниями и психическими процессами. Н.Д. Левитов выделяет также состояния, которые характерны для умственной деятельности, эмоциональные, волевые, характерологические и психические состояния, возникающие в труде [46]. Психические состояния классифицируются по возрастному принципу, по характеризующей их деятельности, по видам труда, в которых эти состояния протекают, по принципу значимости и наибольшей выраженности существенных личностных свойств человека, а также по степени их выраженности, силе, по причинам, их вызывающим [60].

Ю.Е. Сосновикова (1975) кладет в основу классификации психических состояний общие принципы анализа явлений: категории времени, пространства, структуры и функции. В соответствии с ними выделяет следующие основания классификации: по степени продолжительности (кратковременные, малопродолжительные, продолжительные состояния); степени распространенности (замкнутые внутри системы, выраженные внешне, определяемые местоположением человека в пространстве, местом и степенью удаленности от центра); по степени напряженности (всего тонуса, различных компонентов), степени адекватности (ситуативные, соответствующие нормам морали); по степени осознанности (ситуативные и др.) [73]. Недостатком данной классификации является отсутствие названия конкретных психических состояний.

Л.В. Куликов считает, что общим для всех состояний являются временные, эмоциональные, активационные, тонические, тензионные параметры, и то, что они включают в себя ситуативную и трансситуативную составляющие. В связи с тем, что состояние – многомерное явление, любое состояние может быть описано широким спектром параметров [67]. Наиболее часто используемые основания для классификации:

- эмоциональные (модальностные) определяются качественным своеобразием эмоциональных состояний: эйфория, радость, удовлетворение, печаль, меланхолия, тревога, страх, паника;

- активационные отражают интенсивность психических процессов: возбуждение, вдохновения, подъем, сосредоточенность, рассеянность, скука, апатия;

- тонические отражают тонус, ресурс сил индивида: бодрствование, монотония, пресыщение, утомление, переутомление, сонливость;

- тензионные отражают степень напряжения: напряжение, фрустрация, одиночество, стресс, сенсорный голод;

- временные отражают продолжительность, устойчивость состояний;

- полярность состояний (знак описываемого состояния). Достоинством приведенной классификации является, что заполняющие ее психические явления относятся к состояниям, а не к чувствам, волевым качества, психическим процессам и свойствам личности. Недостаток связан с проблемой неопределенности в словесном обозначении психологических явлений. Например, скука и апатия сопровождают состояние монотонии, составляют с ним неразрывное целое, поэтому относить их к разным группам не целесообразно, скука может быть отнесена и к эмоциональным состояниям [67].

В основе классификации А.О. Прохорова лежит два направления: исследование состояния в процессе деятельности (Е.П. Ильин, А.Б. Леонова); личностно-деятельностный подход (Е.Ю. Сосновикова, В.А. Ганзен, В.Н. Юрченко). Классификация психических состояний по А.О. Прохорову: деятельность (состояния, улучшающие выполнение деятельности и состояния, ухудшающие выполнение деятельности); взаимоотношения и общение (состояния, улучшающие общение и взаимоотношения и состояния, ухудшающие общение и взаимоотношения); личность (характер, система отношений к действительности) (состояния, обусловленные положительным отношением к действительности и состояния, обусловленные отрицательным отношением к действительности); биологические структуры личности (характера) (положительные психофизиологические состояния и отрицательные психофизиологические состояния); эмоциональные компоненты характера (положительные эмоциональные состояния и отрицательные эмоциональные состояния); волевые черты характера (положительные волевые состояния и отрицательные волевые состояния); интеллектуальные черты характера (положительные интеллектуальные состояния и отрицательные интеллектуальные состояния) [60].

Изучение состояний в рамках деятельностного подхода (инженерной, спортивной психологии, операторского труда и др.) привело исследователей к выделению из множества состояний так называемых «функциональных» или «психофизиологических» состояний.

Особенностью классификации состояний в рамках данного подхода является соотнесение каждого этапа и компонента деятельности с определенным функциональным состояниям. Например, Е.П. Ильин (1980), выделяет состояния, связанные с основными этапами тренировочной деятельности: подготовка спортсмена к соревнованию (состояние предстартового возбуждения, апатии, мобилизованности); выполнение основной (тренировочной и соревновательной) деятельности – монотония, психическое пресыщение, эмоциональная напряженность и др; результаты спортивной деятельности – радость, фрустрация и пр. К характеристикам состояний он относит длительность протекания, степень активированности функциональных систем, глубину и качественные особенности развития [60].

Ильин Е.П. предпринял попытку систематизации психических состояний. При чем, по его мнению, строгого соответствия состояний и этапов деятельности не существует: «… состояние страха в большей мере характеризует подготовку к деятельности, но оно может проявиться и во время врабатывания, и на этапе непосредственного осуществления деятельности. Состояние монотонии может возникать не только во время деятельности, но и при подготовке к ней и т.д. Поэтому соотнесение какого-либо состояния к определенному этапу деятельности условно и нужно рассматривать лишь как структурную организацию материала» [74, c. 35].

А.Б. Леонова, в качестве основных, выделяет следующие функциональные состояния: активации и связанных с ней уровней бодрствования; утомления, напряженности, стресса [60].

Существуют и другие классификации функциональных состояний. Например, на основании критерия адекватности ответной реакции человека требованиям выполняемой деятельности выделяют состояния адекватной мобилизации, когда все системы работают оптимально и соответствуют требованиям деятельности, и динамического рассогласования, при котором различные системы либо не полностью обеспечивают деятельность, либо системы работают на излишне высоком уровне траты энергетических ресурсов. Или, скажем, разделение состояний на: нормальные, патологические и пограничные.

На наш взгляд, наиболее полной и обоснованной является общая классификация психических состояний В.А. Ганзена и В.Н. Юрченко (1991), так как она позволяет рассматривать психические процессы в их взаимосвязи друг с другом и что особенно значимо для нашего исследования взаимосвязи с уровнем психической активности. Множество психических состояний распределены при помощи анализа объективных и субъективных характеристик психофизиологического, психологического и социально-психологического уровней психических состояний. Значимо рассматривать все перечисленные характеристики на уровне общих проявлений, так как они образуют устойчивое ядро структуры психического состояния.

Авторами были выделены группы состояний, характеризующих аффективно-волевую сферу, перцепцию и мышление. Каждая группа имеет характеристики, отражающие наиболее типичные, стержневые особенности входящих в нее состояний. Это «напряжение-разрешение» для группы волевых состояний; «удовольствие-неудовольствие» для группы аффективных состояний. В основе аффективных состояний лежит общий корень – потребности человека. В свою очередь, волевые состояния разделяются на две подгруппы: праксические (положительные и отрицательные) и мотивационные (положительные и отрицательные); аффективные – на гуманитарные (положительные и отрицательные) и эмоциональные (положительные и отрицательные); перцептивные – на отражательные и ориентировочные, мыслительные – на образно-ассоциативные и вербальные. Фоном проявлений состояний и их изменений является уровень психической активности сознания. Разработчики отмечают, что среди психических состояний большое число тех, в которых степень доминирования одного компонента установить достаточно трудно (качество состоянию придает ведущий компонент состава состояния). Это затрудняет локализацию их в определенной группе и свидетельствует о том, что данная классификация не является всеобщей, хотя, на наш взгляд, она относится к числу наиболее глубоких.

Все множество психических состояний относится к активной психике человека. Причем уровень психической активности (в физиологии – уровень активации), свойственный тому или иному психическому состоянию, может рассматриваться как его количественная характеристика. Содержание же психологических как объективных, так и субъективных (общих, особенных, индивидуальных) проявлений психического состояния составляет его качественную характеристику.

В.А. Ганзен и В.Н. Юрченко модифицировали шкалу уровней психической активности сознания Д. Линдсли с указанием наиболее общих уровневых характеристик не только эмоциональных состояний, но и внимания и памяти: состояния измененного сознания, состояния повышенной психической активности, состояния средней (оптимальной) психической активности, состояния пониженной психической активности, состояния перехода от активности (бодрствования) ко сну.

Полное сознание, характеризующееся концентрированным, избирательным, легко переключающимся вниманием и ничем не затрудненными мнемическими процессами, наблюдается на уровне средней (оптимальной) психической активности. При отклонении состояния сознания от этого уровня в ту или иную сторону происходит ограничение сознания за счет сужения внимания и ухудшения мнемической функции.

Состояния сознания, включающие такие сквозные психические явления, как внимание и память, выполняют самую общую функцию - функцию объединения, интеграции всей психической жизни человека. С перцептивными состояниями связано реактивное отражение, с аффективными психическими состояниями – реактивное регулирование, с мыслительными – активное отражение действительности, с волевыми – активное регулирование. Важно, что, так же как и разложение психологических понятий, характеризующих сознание человека, не является жестким разбиением на классы, так и соответствующие им группы психических состояний не строго изолированы друг от друга и постоянно пересекаются в выполнении перечисленных подфункций общей интегративной функции сознания. Причем каждая из групп психических состояний объединяет по две их подгруппы. Так, в группе аффективных состояний имеются подгруппы эмоциональных и гуманитарных состояний. Первые связаны с эмоциональной реакцией человека на актуальный раздражитель, вторые – с проявлением чувств людей в процессе общения.

Волевые психические состояния объединяют подгруппы праксических (возникающих в трудовой деятельности человека) и мотивационных (поведенческих) психических состояний. Группа перцептивных психических состояний человека включает, исходя из отражательного и гностического компонентов психического образа, соответствующие подгруппы состояний. Образно-ассоциативные и вербальные мыслительные психические состояния выделены по связанности их с интуитивным и логическим мышлением. Характерно, что только в эмоциональных и волевых состояниях, имеющих общий корень в потребностях человека и составляющих единую эмоционально-волевую сферу его психической деятельности, происходит дальнейшее деление состояний каждой подгруппы на положительные и отрицательные [19, 67, 73].

Таким образом, данная систематика не просто позволяет рассматривать психические состояния во взаимосвязи и взаимопереходе друг в друга на фоне психической активности сознания, а открывает новые перспективы для дальнейших исследований психических состояний.

Ганзен В.А. и Юрченко В.Н. включили в систематику и патологические состояния это имеет принципиальное значение, так как норма и патология рассматриваются многими учеными в рамках одного универсального жизненного процесса – приспособления, который может проявляться и в качестве нормального и в качестве патологического состояния. Следовательно, природу психических состояний следует рассматривать в рамках единства и различий их нормологических и патологических проявлений. Патологические состояния не имеют уровня средней (оптимальной) психической активности. Все расстройства психики происходят, как правило, на фоне значительного снижения или повышения ее активности. Причем в аффективных, волевых, перцептивных состояниях повышенной психической активности в зоне нормы сдвиги в основных характеристиках сознания (внимание, память) не препятствуют (в положительных состояниях даже способствуют) адекватному психическому отражению и регулированию. В патологических же состояниях этого уровня наблюдаются значительные искажения психической деятельности, проявляющиеся в галлюцинациях, бреде, навязчивости. Аналогичное отношение выявлено между состояниями пониженной психической активности в зонах нормы и патологии. В первых – ослабление сознания, а значит ухудшение характеристик внимания и памяти связаны с воздействием астенизирующих факторов (утомление, кризисное состояния) и ведут к ухудшению результатов деятельности, а не к адекватности психического отражения. Для патологии характерны те же нарушения адекватности психического отражения, что и для патологических состояний повышенной психической активности, только на фоне пониженных настроения и двигательной активности [19, 73]. Что еще раз свидетельствует о том, что наилучшие условия для функционирования психики обеспечивает уровень средней (оптимальной) психической активности сознания – это подтверждается характеристиками. Именно здесь располагаются наиболее продуктивные психические состояния нормы: эмфазия, синойя, атараксия, рефлексия.

Установлено, что состояния способны изменять психический образ и, увеличивая субъективный вес тех или иных параметров, нарушать его предметную логику и трансформировать его значение, то есть состояния способны влиять на сознание (изменяя значения слов в сознании человека, состояния увеличивают вариативность значений). Подтверждает это работа А.Н. Леонтьева «Опыт структурного анализа цепных ассоциативных рядов» [50, 73], где он исследовал влияние эмоциональных состояний на характер протекания потока свободных ассоциаций. Исследования показали, что когда ассоциативный поток испытуемых попадал в область, чем-то для испытуемых аффективно окрашенную, то наблюдалась, по определению А.Н. Леонтьева, «реакция аффективной персеверации» (процесс ассоциирования по цепному принципу прерывается и испытуемый начинает давать ассоциации, связанные с этим состоянием). Происходит переход от цепного ассоциирования к ассоциациям на ключевой раздражитель. Таким образом, изучение семантических пространств состояний показывает, что строение семантического пространства отдельного психического состояния характеризуется ядерным образованием, слоями разной степени лексической насыщенности, составом с различной выраженностью психологических составляющих и периферией, представленной единичными значениями. Семантическое поле каждого состояния имеет несколько поясов, уровень плотности значений которых постепенно понижается от центра к краю семантического пространства. Семантические поля положительно и отрицательно окрашенных интенсивных состояний имеют общую структуру: состояния всех групп характеризуются наличием выраженного ядра семантического поля синонимов и антонимов. Для семантических пространств состояний высоко энергетического уровня независимо от их модальности характерна большая насыщенность семантических ядер, а также высокая плотность околоядерных поясов. Плотность ядер низкого энергетического уровня несколько ниже. Семантические поля состояний высокой энергетики отличаются наличием большего количества семантических поясов, чем поля состояний низкого энергетического уровня (уровень плотности их центральных значений практически не отличается от уровня периферийных значений антонимов этих состояний).

Семантические пространства состояний разного уровня психический активности отражают уровневые характеристики энергетической составляющей: в величине, составе, насыщенности слоев, выраженности психологических составляющих, знаке и др. Существуют различия между семантическими слоями состояний высокого (радость, восторг, гнев, возмущение, ужас и др.), среднего (спокойствие, замешательство, жалость и пр.) и низкого (безысходность, одиночество, депрессия и др.) уровней психической активности, где для состояний каждого уровня характерны собственные специфические семантические картины.

Посредством синонимов (состояний одного уровня или знака и пр.) и антонимов, как противоположных полюсов значения (состояния) осуществляется взаимодействие между состояниями. Они являются как бы «переходными звеньями» между семантическими полями разных состояний одного и того же энергетического уровня, «включая» их друг в друга и создавая семантическую цепь. Например, радость является промежуточным синонимом между состояниями счастья и восторга, а состояние страха связано в семантическом пространстве с состояниями гнева и отчаяния через бессилие. Ряд синонимов обеспечивает связь только между двумя-тремя состояниями, другие же входят в семантические пространства практически всех состояний одного энергетического уровня (например, тоска входит в семантические пространства состояний низкого энергетического уровня: горя, униженности, безысходности, одиночества, депрессии, печали, бессилия).

Интересные зависимости обнаружены при анализе антонимов значений. Антонимы состояний высокого уровня энергетики имеют более низкий энергетический потенциал, а антонимы состояний низкого энергетического уровня – более высокий. Антонимы связывают состояния на противоположных уровнях: высокого уровня – на низком, низкого – на высоком. Например, антоним страха (состояния высокого уровня энергетики) – через спокойствие (средний уровень энергетики) связывает страх с гневом, отчаянием, ужасом, яростью, а радость (высокий уровень энергетики) – антоним горе (состояния низкого уровня энергетики) связывает его с униженностью, одиночеством, тоской, депрессией, печалью. Таким образом, синонимы соединяют состояния одного уровня энергетики, а антонимы связывают одноуровневые состояния на другом энергетическом уровне, более высоком или низком. По-видимому, в первом случае обеспечивается динамика перехода от состояния к состоянию в рамках одного энергетического уровня («весь день был какой-то радостный!»), во втором – переход к состояниям иного энергетического уровня («ни с того, ни с сего, стало тоскливо и одиноко») [73, c. 153-155].

Исследования указывают на взаимосвязь психических процессов и состояний, а также на опосредованность психических процессов состояниями. Состояния, влияя на течение психического процесса, особенности его проявления и осознания, устанавливают его категориальную сложность.

Течение психических процессов зависит от знака и уровня психической активности (равновесности-неравновесности) состояния. Семантические пространства состояния влияют на уровневые характеристики, проявление и динамику психических процессов. Основными факторами – категориями, определяющими влияние психических состояний на процессы, являются активность, оценка, отношение и динамичность.

В свою очередь семантические пространства состояний зависят от психических процессов: уровень продуктивности (активности) психических процессов влияет на величину семантического пространства, большей продуктивности психического процесса соответствует большее семантическое пространство состояния.

Обнаружено, что уровневые характеристики течения психического процесса связаны со знаком состояния, а также уровнем психической активности последнего. Для состояний высокого уровня психической активности характерно улучшение показателей протекания процесса, в то время как состояниям низкого уровня психической активности присуща обратная зависимость. Положительно окрашенные состояния улучшают характеристики процессов, ухудшение показателей процессов наблюдается при отрицательных состояниях [73, c. 174-175].

Известно, что сложность и вариативность психического пространства субъекта зависит от множества внешних и социально-психологических факторов: от лингвистических и экстралингвистических факторов, к которым относятся богатство лексических характеристик, стилистические особенности, усвоение опыта печатных книг и каталогов массовых коммуникаций, непосредственное подражание и принадлежность к определенной социальной группе и др. С другой стороны, сам субъект и богатство его «внутренних условий» [73, 77] (по С.Л. Рубинштейну) обусловливает как индивидуальное своеобразие психосемантики сознания, так и «внутренние условия», которые влияют на актуализацию и проявление психических состояний. Более того, психическое состояние выступает как развернутое во времени выражение свойств личности и объективируется через деятельность, общение и поведение. Можно полагать, что объединение этих явлений приводит к своеобразному переносу, к влиянию свойств личности на семантические пространства психических состояний. Ведь если психические свойства находят отражение в семантических пространствах состояний (эта зависимость проявляется в концентрации лексических характеристик в секторах психических процессов, физиологических реакций, переживаний), что сказывается на поведении субъекта в том или ином психическом состоянии, то и само психическое состояние, через механизмы семантического структурирования и перестройки пространств, может особым образом участвовать в формировании психологических образований и подсистем личности. При подсчете «вклада» психологических свойств в семантические пространства состояний оказалось, что эмоциональная реактивность и экстра-интроверсия в большей степени влияют на величину семантического пространства по сравнению с чувствительностью нервной системы и нейротизмом, то есть эмоциональное отреагирование и зависимость состояний от направленности личности (на внутренний или на внешний мир) обеспечивают большие семантические пространства и рефлексию переживаемых состояний субъектом [73, с. 177-179].

В концепции смысловой регуляции психических состояний выдвигается предположение о том, что смысловая организация сознания субъекта обусловливает избирательность влияния ситуаций жизнедеятельности и их содержания на психические состояния. Ситуация «преломляется», опосредуется смысловыми структурами, в ней выделяются значимые составляющие, имеющие смысл для субъекта. Отражением этой детерминации являются психические состояния. Такой подход дает возможность рассмотреть причинно-следственные механизмы регуляции психических состояний, ведущим звеном которых являются смысловые структуры сознания. Смысловая организация сознания, посредством структурирования различных элементов внешней, предметной и социальной среды в ситуацию, обеспечивает избирательность отражения, связывая пространственные, временные, информационные и энергетические характеристики в единый узел – функциональную организацию «ситуация – смысл – состояние». Взаимодействие ситуации и смысловых структур приводит к формированию корреляционных образований (констелляций) из отдельных «ведущих» смысловых структур сознания и значимых составляющих (объектов) ситуации. Корреляции влияют на переживания, поведение, психические функции, вегетативные реакции и другие характеристики субъекта, эти изменения актуализируются в виде психического состояния, которое, в свою очередь, объективируются через деятельность, общение и поведение субъекта, обеспечивая соответствие субъекта ситуации жизнедеятельности. Корреляции изменяют индивида, это изменение представлено в психическом состоянии и проявляется в виде совокупных изменений психических процессов, переживаний, вегетативных реакций, поведения и пр. Подобный механизм описан в работах Б.Г. Ананьева. Можно полагать, что изменения смысла и/или изменение ситуации приводит к трансформации корреляционного образования и, соответственно, к изменению психического состояния: его преобразованию в другое состояние, адекватное новым условиям жизнедеятельности, тогда как сохранению устойчивости психического состояния способствуют те корреляционные связи, которые, с одной стороны, соответствуют актуальной ситуации бытия, а с другой – смыслам жизнедеятельности субъекта [73, c. 182-183].

Таким образом, психическое состояние – это целостная характеристика психической деятельности за определенный период времени, показывающая своеобразие протекания психических процессов в зависимости от отражаемых предметов и явлений действительности, предшествующего состояния и психических свойств личности.

Наилучшие условия для функционирования психики обеспечивает уровень средней (оптимальной) психической активности сознания – это подтверждается характеристиками.

Семантическое пространство отдельного психического состояния характеризуется ядерным образованием, следовательно, если ассоциативный поток испытуемого попадает в область, чем-то для него значимую (аффективно окрашенную), испытуемый начинает давать ассоциации связанные с актуальным состоянием.

Посредством состояний одного уровня или знака, и противоположных полюсов состояния осуществляется взаимодействие между семантическими пространствами состояний. Соответственно, состояния, одного уровня или знака создают единую семантическую цепь и являются «переходными звеньями» от одного состояния к другому.

Течение психических процессов зависит от знака и уровня психической активности состояния. При высоком уровне психической активности улучшаются показатели протекания процесса, в то время как состояниям низкого уровня психической активности присуща обратная зависимость. Положительно окрашенные состояния улучшают характеристики процессов, ухудшение показателей процессов наблюдается при отрицательных состояниях. На проявление психических процессов влияет вся совокупность наличных состояний.

Психическое состояние выступает как развернутое во времени выражение свойств личности и объективируется через деятельность, общение и поведение. Смысловая организация сознания субъекта обусловливает избирательность влияния ситуаций жизнедеятельности и их содержания на психические состояния.


    1. Каталог: sites -> default -> files
      files -> Рабочая программа дисциплины
      files -> Выпускных квалификационных работ
      files -> Федеральное государственное бюджетное
      files -> Рабочая программа дисциплины Педагогика высшей школы Направление подготовки 030100 Философия
      files -> Тьюторская система обучения в современном образовании англии 13. 00. 01 общая педагогика, история педагогики и образования
      files -> Образовательная программа подготовки научно-педагогических кадров в аспирантуре по направлению подготовки 44. 06. 01 Образование и педагогические науки
      files -> Проблематика сопровождения детей из неблагополучных семей
      files -> Программа по магистратуре направление 050400 «Психолого-педагогическое образование»
      files -> Программа по магистратуре направление 050400 «Психолого-педагогическое образование»


      Поделитесь с Вашими друзьями:
  1   2   3   4   5


База данных защищена авторским правом ©www.psihdocs.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница